Форс-мажор - Страница 10


К оглавлению

10

- Не важно, - веско ответил парень.

- Чего ты хочешь? - спросил Игорь.

- Завтра это хозяйство опубликуют и начнется паника и закулисные игры.

- Да. Шуму будет немало.

- Я хочу договориться заранее.

- Давай, попробуем.

- Надеюсь, ты понимаешь, что в нашем деле самое главное - административный фактор, - по виду этого человека я бы никогда не догадался, что он знает такие словосочетания. - Если у нас хорошие отношения с человеком, который распределяет товар и деньги, то мы имеем скидки, отсрочки и дефицит. Как только административный ресурс исчезает, мы становимся одними из многих. Ты понимаешь, что теперь заводы могут поменять дилеров?

- Это ясно.

- Каждому из нас нужно, чтобы у власти встал свой человек.

- Согласен.

- Давай объединимся. У меня есть информация, у тебя - связи. Мы можем отодвинуть других от кормушки.

- И кто теперь главный претендент? - осведомился Игорь.

Его собеседник пожал плечами, выразительно посмотрев в мою сторону. Угланов повернулся ко мне, и по его глазам я понял, что мое присутствие ему на руку. Насколько я знал, а знал я его ни много, ни мало пятнадцать лет, он никогда не принимал никаких решений, детально их не продумав. Известие, которое только что прозвучало из уст незнакомца, судя по всему, было для него полной неожиданностью. Он был рад возникшей в разговоре паузе, которая давала ему возможность продумать варианты.

Я молча протянул ему деньги.

- Сколько здесь?

- Сорок.

- Сколько еще вы мне должны? - спросил он небрежно.

- Около сотки, - я был уверен, что он знал наш долг с точностью до копейки. - Завтра утром, ровно в девять Сергей привезет остаток.

- Хорошо. А во сколько тебе нужна «Газель»?

- Если возьмешь за тару деньги, то «Газель» мне не понадобится.

- Все-таки, Дальтоник, ты - мелочевщик, - почему-то разозлился он. - Какая-нибудь чернота, скупающая тару, предложила тебе на пару рублей дороже за ящик и ты уже с вожделением потираешь руки.

- Ты просто скажи, возьмешь деньги или нет. А на счет мелочевщика, то куда уж нам до вас.

- Деньги я возьму. Но мне интересно знать, почему ты не прислушиваешься к советам друга? Мы с тобой, урод, за одной партой в институте сидели, вместе чуть в армию не загремели, одних и тех же девок трахали. Я тебе говорю: не разменивайся по мелочам, не считай копейки, а ты - набил карманы мелочью, сел на свой драндулет и ездишь по городу, как бомж, даже на водителя денег жалеешь, - сказано это было с воодушевлением, почти с надрывом. Если бы рядом было зеркало, то он обязательно посмотрел бы на себя, любимого. - Ты сколько зарабатываешь в баксах? Тысячи три?

- Полторы, от силы - две.

- Где деньги?

- Я купил машину.

- Правильно - десятку, променял один дрыбасрал на другой, потому что на иномарку денег пожалел.

- Мы с Серегой строим торговый павильон на остановке.

- Мелочь. Ты пойми: есть два варианта. Первый - зарабатывать деньги, а второй - экономить. Некоторые считают, что сэкономил, значит заработал. Бред. Деньги должны приносить деньги. Ты, наверное, еще и откладываешь в баксах.

- В евро. Я хочу купить квартиру на первом этаже и открыть свой магазин.

- Мудак ты, вот ты кто. Деньги не должны лежать. Вступил бы пока в долевое строительство. Вон, как недвижимость в цене растет! Деньги должны работать. Ты слишком медленно едешь. Наступит момент, когда те, кто стартовал позже, обойдут тебя и прижмут к обочине. И ты со своим магазином останешься в правом ряду с проколотым колесом. Это гонка. Ты понимаешь?

- Я не тороплюсь. Тише едешь, дальше будешь. А долевое участие - это большой риск. Могут и кинуть!

Игорь хотел сказать мне еще какую-то умную вещь, но в это время у него заиграл сотовый, избавивший меня от необходимости выслушивать очередные нравоучения. Игорь специально медленно и эффектно достал из кармана новейший, навороченный смартфон и медленно поднес его к уху. Если он хотел меня поразить дорогой игрушкой, то ему это удалось. Я люблю такие штучки, они вызывают зуд в моих ладонях. К сожалению, я считаю, что такие фишки мне не по карману.

Звонила его жена. Они какое-то время обсуждали покупки, потом он сообщил ей о моем присутствии и передал мне приглашение в гости. Я сказал, что загляну на днях, пожелал ей и их сыну всего хорошего, попрощался со всеми и вышел в коридор.

На лестничном пролете горела всего одна грязная лампочка, окон не было. Вдоль каждой ступеньки была проведена полоса черной краской, как на клавишах пианино. Каждый шаг - нота. Я бегом спустился к двери. Мелодия получилась минорной. Я завел машину и включил фары.

Свет вспыхнул и погас.

Я несколько раз дернул центральный переключатель света. Ни какого результата. Несколько секунд просидев в задумчивости, я потянул на себя рычаг переключателя сигналов поворота. Свет снова вспыхнул, одновременно и дальний и ближний, и погас, когда я рычаг отпустил. Сигналы поворотов работали. Не хотели гореть только габаритные огни. Значит дело не в лампах и не в реле. Уже лучше. Просунув руку под приборную доску, я проверил на месте ли провода центрального переключателя. Провода оказались в порядке. И тут я вспомнил, как продавец запчастями предупреждал меня о том, что на «москвичи» нельзя ставить галогеновые лампы потому, что это приводит к выходу из строя переключателя. Я всегда имел это в виду, покупая лампы. А Серега просто не знал. Поэтому свет фар и казался мне таким ярким.

Я вышел из машины, откинул спинку сиденья водителя и стал на ощупь искать веревку, кусок шпагата или моток мягкой проволоки. Там было много всяких нужных вещей, но веревки не было. Я снова сел в машину и начал шарить за сиденьем пассажира, потом в бардачке. Больше всего похожим на веревку оказался полиэтиленовый мешочек из-под хлеба.

10